Вызванный конфликтом на Ближнем Востоке рост цен на нефть и газ улучшит внешнеторговые показатели России, но влияние этого фактора на перспективы экономического роста в 2026 году будет ограниченным, сходятся занявшиеся пересмотром своих прежних макропрогнозов аналитики. Отмечается, в частности, что трансформацию экспортных доходов в устойчивый рост ВВП сдержат укрепление рубля, высокая стоимость заимствований и слабая инвестактивность.

В базовом сценарии своего свежего прогноза эксперты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП) уже с учетом конфликта на Ближнем Востоке ожидают среднюю цену нефти Urals в 2026 году на уровне $81,6 за баррель с пиком во втором квартале. Одновременно в ЦМАКП ожидают роста стоимостного объема российского экспорта в 2026 году примерно на 21% по сравнению с февральскими оценками. Напомним, по данным Минэкономики, в феврале, еще до обострения ситуации, российская нефть стоила в среднем $44,6 за баррель, в марте — уже $77 (см. “Ъ” за 6 апреля).

Однако, полагают в ЦМАКП, влияние этих факторов на динамику экономики РФ будет ограниченным. Прогноз роста ВВП повышен аналитиками центра c 0,5–0,8% в февральской версии лишь до 0,9–1,3%.

Инвестиции при этом, по новым ожиданиям, могут сократиться на 1,6–2% вместо прежнего диапазона с минус 0,1% до плюс 0,3%. Курс рубля к декабрю 2026 года ожидается на уровне 69,8–73 руб./$ (87–89 руб./$). Оценка по инфляции повышена до 5,75–6,05% c 4,8–5,1%. Отмечается, что такая комбинация показателей отражает риск перераспределения эффекта от подорожания нефти в пользу сырьевых отраслей при слабой динамике секторов экономики, ориентированных на внутренний спрос.

Схожую, но более пессимистичную оценку дают аналитики Альфа-банка. Они сохранили свой прогноз роста ВВП на уровне 0,7% в 2026 году, несмотря на улучшение внешней конъюнктуры. В банке считают, что «нефтяной бонус» носит преимущественно ценовой характер и не сопровождается расширением физических объемов экспорта, что ограничивает его вклад в рост ВВП. При этом прогноз профицита счета текущих операций платежного баланса повышен до $55 млрд (около 2% ВВП). Также ожидается укрепление рубля до 75–80 руб./$ в ближайшие месяцы с последующим ослаблением к 89 руб./$ к концу года.

Улучшение внешней конъюнктуры, по оценкам аналитиков, временно облегчит бюджетные проблемы: вероятность секвестра расходов оценивается как минимальная.

При этом дополнительные нефтегазовые поступления за март—май могут составить около 0,9 трлн руб. (рост ненефтегазовых доходов при этом останется слабым). Прогноз по инфляции в Альфа-банке сохраняют на уровне 5,5%, ожидая ключевую ставку к концу года на уровне около 13% по итогам года. Делая такой прогноз, аналитики исходят из крепкого рубля и слабого спроса.

В Сбербанке дают более жесткую оценку инфляционных рисков, прогнозируя темпы роста цен к концу 2026 года на уровне 6,5% при ставке также «около 13%». По оценке руководителя центра финансовой аналитики банка Михаила Матовникова, уже на ближайших заседаниях Банк России «столкнется со сложным выбором» на фоне ускорения инфляции и слабой динамики экономики. Базовый сценарий, впрочем, по-прежнему предполагает снижение ставки шагом 50 базисных пунктов.

Еще более сдержанными выглядят оценки международных экспертов. По прогнозу Института переходных экономик Банка Финляндии (BOFIT), рост российской экономики в 2026 году, несмотря на повышение цен на сырье, останется примерно на уровне прошлого года — около 1%, а в последующие годы замедлится до 0,5%. Высокие цены на энергоносители лишь поддержат текущую динамику, но не сформируют устойчивого ускорения роста на фоне слабого внутреннего спроса и ограниченных инвестиций.

Общий вывод, который можно сделать из оценок экспертов: распространение эффекта внутри экономики от роста цен на энергоносители и связанного с ним улучшения внешнеторговых показателей будет ограниченным.

Укрепление рубля, высокая стоимость заимствований и слабая инвестактивность сдерживают трансформацию экспортных доходов в устойчивый рост ВВП. Ключевым фактором неопределенности остаются длительность и масштаб конфликта. В базовых сценариях предполагается его ограниченный характер, однако текущая риторика сторон указывает на риск более жесткого развития событий. В этом случае нефтяной фактор может усилиться, но одновременно возрастут неопределенность и разброс в макроэкономических оценках.