Посевная в России идет с отставанием из-за холодной и переувлажненной весны. Однако погодный фактор лишь часть общей картины. Кампания проходит на фоне снижения доходности аграрного бизнеса, дорогих кредитов, ограниченных инвестиций и замедления обновления техники. «Агроэксперт» поговорил с аналитиками и представителями рынка, чтобы понять, каким будет сезон и где сосредоточены основные риски.

Весенняя кампания развивается медленнее прошлогодней. По данным консалтинговой компании «Совэкон», на конец апреля яровой пшеницей было засеяно 0,4 млн га — на 81% меньше, чем годом ранее. Причина — холодная и влажная погода, которая ограничивает полевые работы.

Аналитический центр Ruseed указывает на отставание темпов сева подсолнечника. Ключевые регионы — Центральная Россия и Поволжье — пока не включились в активную фазу. Основной объем работ ожидается во второй половине мая.

Независимый эксперт аграрного рынка Александр Корбут в разговоре с «Агроэкспертом» подчеркивает, что погодный фактор не является ключевым риском сезона:

«Погода — катализатор. Переувлажнение повлияло на ранние яровые, их сев сократится. В отдельных регионах, включая Пензенскую и Курскую области, это затронуло озимые. Но в целом по стране ситуация с урожаем останется на позитивном уровне. В ряде регионов урожай снизится, однако в целом зерна будет более чем достаточно».

Схожую оценку дает генеральный директор аналитической компании «Агроспикер» Виталий Шамаев. По его словам, погодные условия в текущем сезоне могут даже сыграть в плюс за счет накопленной влаги и прохладной весны.

В Минсельхозе также не видят критических рисков: по словам министра Оксаны Лут, сценарий развивается по модели 2022 года с поздним севом и потенциально высоким урожаем. 

При этом локальные проблемы уже фиксируются — например, в Пензенской области введен режим ЧС из-за гибели части посевов.

Если погодные риски носят локальный характер, то экономические факторы затрагивают всю отрасль. По данным Росстата, в январе — феврале 2026 года доля прибыльных сельхозорганизаций снизилась до 71,1% против 78,1% годом ранее. Прибыль сократилась на 18,2%, убытки выросли на 58,3%.

Александр Корбут указывает на снижение цен на продукцию:

По его словам, дополнительное давление оказывает административное сдерживание цен, что ограничивает возможности аграриев накапливать ресурсы для инвестиций и проведения сезонных работ.

Виталий Шамаев указывает на то, что рынок продолжает функционировать за счет заемных средств:

«Все проблемы рынка заливаются кредитами. Эта история продолжается».

Снижение доходности напрямую отражается на инвестициях в материально-техническую базу. По данным «Росспецмаша», производство сельскохозяйственной техники в России в первом квартале 2026 года сократилось на 36,8% в денежном выражении, продажи на внутреннем рынке снизились на 15%.

Падение затронуло ключевые виды техники, включая сеялки, тракторы и машины для внесения удобрений, что напрямую связано с возможностями проведения посевной.

Александр Корбут считает этот фактор одним из ключевых рисков:

Виталий Шамаев также говорит об ухудшении технического и кадрового обеспечения. По его оценке, не все хозяйства смогут оперативно наверстать отставание.

При этом планы по расширению посевных площадей сохраняются, и их сокращение на уровне отрасли не прогнозируется.

Изменения налоговой системы, включая переход части бизнеса на НДС, не оказали существенного влияния на ход посевной кампании.

Заместитель председателя совета ассоциации «Народный фермер» Бабкен Испирян отмечает:

По его словам, часть мелких хозяйств может переходить в формат личных подсобных хозяйств, что иногда воспринимается как уход в серую зону:

«Если говорить о возможности ухода в серую или черную зону в сельском хозяйстве, то условно можно считать серой зоной уход в личное подсобное хозяйство, но и это в реальности не совсем то».

При этом он подчеркивает, что для товарного производства зерна такой сценарий практически невозможен из-за сложности реализации продукции вне официальных каналов.

Виталий Шамаев также обращает внимание на ограничения для неформального сектора, связанные с цифровыми системами учета и контроля.

Бабкен Испирян добавляет, что сокращение числа фермеров связано прежде всего с экономическими причинами:

«Наблюдается ухудшение экономического положения фермеров, безусловно, но, как и в других отраслях, из-за высоких ставок, роста затрат. И сокращение числа людей, которые занимаются в сельском хозяйстве, скорее, связано не с изменениями в налогообложении, а с неэффективностью самого бизнеса в новой ситуации. Эти перемены больше как катализатор в моменте, когда человек так и так собирался закрыть агрохозяйство».

Несмотря на отставание сева, ожидания по урожаю остаются в целом стабильными. Однако ценовая конъюнктура не дает оснований для роста доходности.

Виталий Шамаев отмечает:

«Рынок цены не дает. Лучше иметь много зерна и продавать его дешево, чем иметь полупустые амбары при отсутствии цен».

По его словам, рост мировых цен ограничивается укреплением рубля, что сдерживает закупочные цены. 

Оценивая ситуацию в отрасли, Александр Корбут указывает на накопление системных ограничений и необходимость пересмотра подходов к регулированию.

По его словам, действующие меры — экспортные пошлины, ограничения и административное давление — исчерпывают свой потенциал и требуют адаптации к новым экономическим условиям.

Дальнейшее развитие требует смены приоритетов, считает эксперт:

«Вся деятельность регулятора должна быть направлена на повышение доходов сельхозпроизводителей — и крупных, и мелких. Если этого не будет, отрасль рискует войти в кризис».

Посевная-2026 проходит в условиях сочетания погодных ограничений и экономического давления. Погодный фактор, по оценке экспертов, носит временный характер и может быть компенсирован по мере нормализации условий.

Ключевые риски связаны с финансовым состоянием хозяйств, снижением инвестиционной активности и ограниченной доходностью.